RU

                           

Метка: Мэрджиняну

Пять аргументов против «унири» от Юрия Мэрджиняну

Posted on by Egor Krestianinov

Автор текста: Юрий Мэрджиняну, адвокат, Партия развития и объединения Молдовы.
[Versiunea în limba română]

Уважаемые друзья!

После публикации от 21.01.2026, посвящённой заявлению премьер-министра Грузии о словах президента Республики Молдова Майи Санду относительно референдума и её варианта голосования, вновь, как обычно, активизировались тролли и боты, подчинённые «жёлтой напасти». Здесь ничего нового.

Проблема в том, что среди них оказались и наши братья — молдаване, но также и румыны, — которые начали поносить саму идею государственности Республики Молдова, утверждая, что Молдова якобы не имеет права существовать как отдельное государство, поскольку, мол, была «оторвана русскими от тела Румынии» и, следовательно, лишена права на существование.

Отвечаю по пунктам.

Во-первых, Республика Молдова уже существует как независимое государство — независимо от того, нравится вам это или нет. Это юридическая и политическая реальность, признанная на международном уровне всеми государствами мира.

Во-вторых, вы говорите о том, что Молдова якобы была «оторвана от тела Румынии». Я спрашиваю вас прямо: вы знаете, как возникло румынское государство? Румыния возникла в результате объединения княжеств. Следовательно, вместе с Княжеством Молдавским был образован современный румынский государственный организм — та самая «родина-мать», о которой вы сегодня говорите. Историю нужно знать, а не использовать избирательно.

В-третьих, у молдаван есть старая поговорка: брат — братом, но брынза за деньги. Братья-румыны, мы хотим иметь собственное государство и просим вас уважать эту нашу волю и этот наш выбор — так же, как мы уважаем ваш.

В-четвёртых, вопрос гражданства должен рассматриваться юридически, а не идеологически.

Каждый гражданин несёт ответственность и обязанность за соблюдение законов того государства, гражданином которого он является, а также законов государства, на территории которого он проживает или находится, независимо от того, является ли он простым гражданином или государственным служащим. Это элементарная правовая норма, признанная как во внутреннем, так и в международном праве.

Двойное гражданство не освобождает от соблюдения закона и не позволяет произвольно выбирать ту правовую систему, которая удобна в данный момент. На территории государства применяется закон этого государства, и его соблюдение не является ни моральным отклонением, ни конституционной изменой, а представляет собой естественную юридическую обязанность.

Что касается Конституции Румынии, то она не содержит ни одной нормы, которая запрещала бы или наказывала за соблюдение законов другого государства румынским гражданином, законно находящимся на территории этого государства или также обладающим его гражданством. Напротив, Конституция Румынии признаёт принципы международного права, добросовестности и правового сосуществования государств друг с другом.

В-пятых, исходя из логики, на которую вы ссылаетесь, — согласно которой мы якобы не имеем права на собственную страну и на собственный суверенитет над территорией (кстати, ещё раз подчёркиваю: над нашей, а не над вашей), — почему вы поддерживаете Украину перед лицом российской агрессии? Почему вы поддерживаете её миллиардами евро, вооружением, боеприпасами, логистикой? Почему румыны воюют против России за защиту Украины?

Ведь Донбасс, Крым и т.д. Россия, и не только она, считают «исконно русскими землями», с преимущественно русскоязычным населением и обладателями российских паспортов. И всё же вы защищаете независимость Украины. Почему? Разве это не в точности та же самая ситуация, которую вы отрицаете, в случае Республики Молдова и её граждан?

Ваша логика глубоко порочна: в одном случае вы поддерживаете независимость и суверенитет, а в другом — отрицаете их. Почему?

Существует шутка, ставшая поговоркой, из известного анекдота, которую я привожу в оригинале, потому что она лучше всего выражает суть:

«Либо вы крестик снимите, либо трусы наденьте».

В остальном — здоровья и успехов, братья.

Можно ли быть гарантом суверенитета Молдовы и одновременно выступать за ликвидацию государства? — мнение адвоката Юрия Мэрджиняну

Posted on by Egor Krestianinov

Автор текста: Юрий Мэрджиняну, адвокат, Партия развития и объединения Молдовы.

Уважаемые друзья!

Республика Молдова переживает крайне деликатный момент. Недавние заявления Президента Республики Молдова, сделанные иностранной прессе, в которых он выражает готовность голосовать за ликвидацию государственности, больше не могут рассматриваться как простые политические мнения. Они затрагивают саму сущность Конституции и президентской присяги.

Присяга, принесённая Президентом, не является пустым бессодержательным ритуалом. Это торжественный юридический акт, который обусловливает легитимность осуществления власти. Когда Президент клянётся на Конституции, он обещает не только процветание или благосостояние, но принимает на себя роль высшего гаранта существования государства: его суверенитета, независимости и территориальной целостности.

Конституционный суд Республики Молдова последовательно указывал, что Президент является гарантом суверенитета и независимости, а лояльность по отношению к государству не ограничивается юридическими актами, а включает и публичный дискурс. В Постановлении №24 от 23 июня 2015 года КС отметил, что:

«Президент Республики Молдова имеет конституционную обязанность проявлять лояльность по отношению к государству и конституционному строю как при осуществлении своих полномочий, так и в публичном дискурсе».

Это означает, что любое заявление, которое релятивизирует существование государства, напрямую противоречит принесённой присяге.

Статья 89 Конституции предусматривает приостановление полномочий Президента за «тяжкие деяния», посредством которых нарушаются положения Конституции. Конституционный суд разъяснил, что «тяжкое деяние» не обязательно предполагает уголовное преступление, а означает любое действие, которое посягает на фундаментальные ценности государства: суверенитет, независимость, территориальную целостность и конституционный порядок.

Следовательно, публичная готовность голосовать за ликвидацию государства не является простым политическим мнением, а может быть квалифицирована как тяжкое деяние в конституционном смысле.

Ответственность президентского дискурса регулируется Заключением №1 от 5 апреля 2016 года, в котором КС подчеркнул, что Президент обязан осуществлять свою функцию с беспристрастностью и конституционной ответственностью, избегая любого поведения, способного подорвать доверие граждан к институтам государства.

Речь, ставящая под сомнение существование Республики Молдова, не только подрывает общественное доверие, но и создаёт прямой конфликт между принесённой присягой и последующим поведением лица, занимающего эту должность.

Какой сигнал мы посылаем из страны в европейское пространство? Ведь Республика Молдова находится в сложном процессе присоединения к Европейскому союзу. Европейские партнёры вкладывают значительные финансовые и политические ресурсы в укрепление независимого и функционального государства.

Какое послание мы транслируем, когда высший руководитель государства говорит о его исчезновении? Либо мы не верим в собственный проект европейской государственности, либо готовим почву для контролируемого банкротства государства.

Подобный дискурс ослабляет не только внутреннее доверие, но и внешний авторитет, надёжность и доверие по отношению к Республике Молдова, как к субъекту международного права.

Как другие правовые системы относятся к подобным отклонениям? Если обратиться к конституционным системам, которые часто приводятся в качестве образца, можно увидеть гораздо большую строгость, например:

— Соединённые Штаты Америки: президентская присяга обязывает «защищать и охранять Конституцию». Любое действие, подрывающее конституционный порядок, может привести к импичменту.

— Румыния: Конституционный суд установил, что «тяжкое деяние» не обязательно означает преступление, а включает любое действие, затрагивающее единство и независимость государства.

— Германия: лояльность по отношению к конституционному порядку (Staatstreue) является абсолютной. Любой дискурс, ставящий под вопрос отказ от государственной структуры, несовместим с достоинством высшей должности.

Наследие президента измеряется не только объёмом привлечённых внешних средств, но и состоянием, в котором он оставляет государственные институты: укреплёнными или ослабленными. Когда те, кто призван защищать государство, начинают ставить под сомнение само его существование, мы оказываемся в опасном вакууме конституционной власти.

Республика Молдова — не идеологический эксперимент. Это родина миллионов граждан, 80% которых идентифицируют себя как молдаване. Наше будущее не может быть предметом торга на политическом рынке.

Фундаментальный вопрос остаётся открытым: можно ли клясться защищать государство и одновременно публично признавать, что ты проголосовал бы за его упразднение?