Архивы Дамашкан - congresulcivic.md

К чему обычно приводит некомпетентность? К потерям времени, ресурсов, финансов, репутации — а порой и к непоправимым последствиям. А если все это заранее известно, если о будущих потерях предупреждают, но решения всё равно принимаются? Правильно — к обогащению тех, кто принимает решения, и к потерям тех, на кого эти решения направлены.

Модная байка вместо реальной энергетики

Действующая власть, используя профильный инструмент в виде Министерства энергетики, вместо реальных решений по обеспечению страны надёжными и дешёвыми источниками электроэнергии снова пытается скормить обществу модную байку — о «независимом электроснабжении» за счёт электроэнергии, произведённой модульным ядерным реактором.

Идея использования атомной энергии для производства электроэнергии, безусловно, инновационна для Молдовы. В мире эта отрасль развита и действительно является альтернативой другим источникам генерации. Проблеск понимания этого у действующих властей уже был: в 2025 году Минэнерго заявляло о готовности участвовать в долевом строительстве двух новых реакторов на АЭС в Чернаводэ (Румыния). Но, увы, дальше разговоров дело так и не пошло.

Американская сказка с ядерным оттенком

Зато начались разговоры иного рода — по типу классического «развода». Министр отправляется в США и по итогам визита заявляет, что рассматривается возможность строительства в Молдове модульного ядерного реактора на основе американских технологий. Серьёзно?

Заявляю прямо: в США сегодня нет безопасных и конкурентоспособных технологий модульных ядерных реакторов. Есть лишь попытки выдать желаемое за действительное. Подозреваю, что министру могли предложить хорошо упакованную байку от американской компании NuScale, которая много лет назад взялась за разработку такой технологии и её внедрение на пилотном объекте в США.

Результат известен: безрезультатно освоив первые 3 миллиарда долларов и так и не построив реактор, компания запросила ещё 3 миллиарда. Затем, войдя во вкус, довела запрашиваемый бюджет до 9 миллиардов долларов — «на исследования и строительство». И тут произошло чудо: заказчик, штат Юта, наконец понял, что его водят за нос. Стало очевидно, что технология недоработана, потенциально опасна для природы и населения, а главное — при таких затратах себестоимость электроэнергии уходит в космос. По-моему, даже референдум там был — и большинство отказалось от этой технологии.

Кому спихнуть реактор?

С тех пор у горе-ядерщиков возникла проблема: кому бы спихнуть этот реактор и как вернуть деньги американским налогоплательщикам. Цель очевидна — найти коррумпированную страну или «удобную колонию», куда можно с пафосом принести «свет», не неся за это никакой ответственности.

Эту «котлету» предлагали многим, но у руководителей других стран, как правило, находятся и страх, и совесть. И вот взгляд падает на Молдову — а через неё, при необходимости, и на Румынию. Эмиссар от Молдовы в США побывал, статьи в молдавских электронных изданиях появились. Ждём продолжения спектакля?

Где модульные реакторы действительно имеют смысл

Справедливости ради стоит отметить: в мире действительно есть страны, где модульные ядерные реакторы построены и используются. Они относительно безопасны, но применяются исключительно там, где невозможно использовать электросети, потому что их физически нельзя проложить, или где невозможно задействовать традиционные источники энергии из-за отсутствия поставок топлива, а альтернативная энергетика ненадёжна.

Так, Россия использует модульные реакторы на Крайнем Севере, на островах, военных базах, в горах, во льдах. Угрозы для населения там минимальны. Но ключевой вопрос — цена. Стоимость такой электроэнергии колеблется в районе 1000 долларов за 1 МВт·ч.

Неутешительный итог

Вывод, увы, неутешителен. Пока ни в действиях, ни даже в заявлениях профильных министерств Молдовы не видно последовательных и долгосрочных решений, которые действительно обеспечили бы независимость Правобережной Молдовы от импорта электроэнергии и снизили её цену для потребителей. Анонсируемый суррогат не убеждает.

Остаётся надеяться, что власть всё-таки ищет решения в интересах всего населения страны, а не узкого круга управленцев, обосновавшихся у энергетической «кормушки».

Автор публикации: Андрей Дамашкан.

В Молдове любят говорить об энергонезависимости. Особенно те, кто предлагает газ дороже рынка. За разговорами о диверсификации скрывается простая реальность: контроль над маршрутами поставок означает контроль над ценой, а значит — и над потребителем. Платить приходится всё больше, зарабатывают всё те же, и газовая политика в регионе давно перестала быть вопросом экономики — сегодня это вопрос влияния и контроля.

Голод и холод — главные факторы самопринуждения человека с незапамятных времён. В современном мире это самопринуждение взято на вооружение бизнесом, а через него — политиками, и превращено в источник обогащения: прибыль извлекается напрямую из принуждения. И чем меньше страна, тем быстрее это «ласковое» принуждение становится безысходностью — и тем стабильнее оно кормит своих организаторов.

Молдова — образцовый объект такого влияния. На управлении поставками энергоносителей здесь зарабатывают элиты, а платят — потребители.

Труба против танкера

Общеизвестно: стоимость природного газа складывается из цены добычи, налогов и транспортировки до страны-потребителя. Самая устойчивая и дешёвая по удельной стоимости транспортировка — трубопровод. Альтернатива — сжижение газа и его перевозка морскими газовозами.

Трубопроводный газ возможен там, где страны находятся как минимум на одном континенте. СПГ дороже и используется либо для межконтинентальных перевозок, либо там, где маршрут ограничен естественными барьерами — морем, горами, пустынями.

Для Молдовы ключевым остаётся Трансбалканский газопровод — три его ветки, которые одновременно критичны для Румынии и Болгарии и играют важную роль в импортно-экспортных операциях Украины и Турции. Следовательно, тот, кто контролирует транспортировку по этому маршруту и её стоимость, влияет на ситуацию в Молдове не только через тариф, но и через ответ на главный вопрос: чей газ будет в трубе — и кому он принесёт прибыль.

Когда газ становится «демократичным»

И вот здесь на сцене появляется главный бенефициар — газовые корпорации США.

Европа, включая Молдову, долгие годы получала газ из России, Туркменистана, Ирана, Азербайджана и не рассматривала СПГ как приемлемый формат импорта. Американский, катарский, африканский СПГ оставался «не у дел».

Мировой газовый истеблишмент счёл это несправедливым — и возможности поставок трубопроводного газа из «недемократичных» стран в Европу были последовательно прерваны, включая и Молдову. К слову, если Азербайджан начнёт сближаться с Россией, его газ тоже может внезапно утратить демократические свойства.

Вертикальный коридор — но с вертикальной ценой

Шаг номер два: предложение поставок СПГ из Луизианы на греческий терминал в Александруполисе (компания Gastrade). Далее — по специально построенному интерконнектору IGB через Болгарию, затем по Трансбалканскому газопроводу — в Молдову и Украину. Этот маршрут получил название вертикального газового коридора.

Проблема в том, что транспортировка по нему запредельно дорога. Базовый тариф — около 10 евро за 1 МВт·ч. Ни Молдова, ни Украина не бронируют мощности и не стремятся использовать этот маршрут — несмотря даже на волюнтаристские требования снизить тарифы на транзит по Молдове.

Сегодняшняя «льготная» цена — 7,5 евро за 1 МВт·ч для импорта СПГ из Греции до Гребенников (Украина). Но даже при этом газ из США не выдерживает конкуренции с поставками из Турции — миксом российского и азиатского газа.

Румынский фактор

Отсюда логичен шаг номер три: прервать поставки миксованного газа из Турции в Европу — включая Молдову и Украину — и затем представить СПГ как спасительную альтернативу.

Однако на роль ещё одного «спасителя» уже десять лет претендует Румыния — с офшорных месторождений на шельфе Чёрного моря. Более того, Румыния, используя своё географическое и физическое положение, вполне способна не пропустить в Молдову никакой газ, кроме собственного — братского.

ГК Romgaz этого и не скрывает: компания прямо заявляет о намерении продавать газ в Молдове дороже, чем в самой Румынии. Горечи добавляет оценка британско-американских партнёров Romgaz по морской добыче: порог безубыточности румынского шельфового газа начинается примерно с 47 евро за 1 МВт·ч.

Арифметика «энергонезависимости»

Шаг номер четыре легко проверяется цифрами.

Один из молдавских аналитиков привёл цену газа на американской бирже NYMEX — около 110 долларов за 1000 кубометров, то есть примерно 10 евро за 1 МВт·ч.
Далее: доставка до завода на побережье Мексиканского залива, сжижение, транспортировка в Грецию, регазификация, потери, вход в греческую ГТС — ещё 12–14 евро за 1 МВт·ч.

Итого — до 24 евро за 1 МВт·ч в трубе в Греции.

В тот же момент газ на границе Турции и Болгарии предлагался трейдерами по формуле TTF EEX минус дисконт 2–4 евро — те же около 24 евро за 1 МВт·ч. С транспортировкой до Молдовы это примерно 28 евро за 1 МВт·ч на точке входа в страну при годовом бронировании мощностей.

СПГ же из Греции обходится потребителю в этой же точке не менее чем в 31,5 евро за 1 МВт·ч.

Да, цифры условны и меняются. Например, вчера цена на американском рынке составляла 3,8 доллара за 1 ММБТЕ — около 14 евро за 1 МВт·ч. Но эти данные приведены не ради точности до цента, а для понимания правил игры и устойчивой ценовой тенденции в регионе.

Домашнее задание для шага номер пять

А теперь — прогнозируем следующий шаг. Вопросы, которые каждому стоит задать себе:

1. По какой цене ГК Romgaz будет предлагать газ жителям Республики Молдова в текущем году и в будущих отопительных сезонах?

2. Будут ли «партнёры по энергонезависимости» из США честно конкурировать с румынскими поставщиками по цене — или просто поделят сначала молдавский, а затем и украинский газовый рынок, поставляя газ по квотам и по картельной, высокодоходной для себя цене?

3. Позволят ли регулятор и заинтересованные инстанции в Молдове поставщикам на свободном рынке предлагать газ дешевле этих двух конкурентов — или им не дадут свободно закупать газ на мировых рынках и хабах? А если и дадут, не станет ли тариф на транспортировку по ЕС и особенно по Румынии заведомо непроходным?

Итог прост: Молдове предлагают не энергонезависимость, а более дорогую форму зависимости. Под разговоры о диверсификации страна лишается доступа к дешёвому газу, а рынок — реальной конкуренции.
В выигрыше остаются те, кто контролирует маршруты и тарифы.
В проигрыше — потребитель, для которого газ становится не товаром, а инструментом принуждения.

Метка: Дамашкан

Модульные реакторы от PAS как тест на компетентность — комментарий Андрея Дамашкана